«Властитель наших дум» (по творчеству Дж. Г. Байрона)

И вечно буду я войну вести
Словами — а случится, и делами! —
С врагами мысли.
Мне не по пути
С тиранами...
Дж. Г. Байрон

Определяя роль поэта в мировой литературе, В. Г. Белинский писал: «Всякий великий поэт потому велик, что корни его страдания и блаженства глубоко вросли в почву общественности и истории, что он, следовательно, есть орган и представитель общества, времени, человечества». Все это в наибольшей степени относится к английскому поэту Джорджу Гордону Байрону, которого великий критик называл «Прометеем XIX века».
Вся жизнь и творчество Байрона были связаны с национально-освободительным и революционным движением. Первые образцы его смелой гражданской поэзии, вошедшие в сборник «Часы досуга», были встречены крайне враждебно. Но это лишь вдохновило автора, и в ответ на несправедливые упреки он написал сатирическую поэму «Английские барды и шотландские обозреватели», в которой дал достойную отповедь своим критикам. Через несколько лет после выхода «Часов досуга» Байрон совершил путешествие по странам Средиземноморья. Впечатления от этой полдни он позже отразил в своей поэме «Паломничество Чайльд-Гарольда».
Свободолюбивая поэзия Байрона, его выступления в защиту
народных масс вызвали гнев аристократической знати. Поэт подвергся безжалостной критике и клевете, что заставило его покинуть родину — и уже навсегда. В Швейцарии он написал третью
песен «Паломничества...», а спустя два года, в Италии, завершил
всю поэму. В произведении показаны размышления автора над судьбами различных стран, которые выражены в виде раздумий, призывов сбросить иго тирании. Отстаивая свободу народов, их право на национально-освободительную борьбу, поэт не уходил от действительности, а страстно призывал вмешаться в ход истории. Становясь на защиту человека от унижения и насилия, он стремился к духовному раскрепощению людей, взывал к их чувству справедливости, патриотизма, человеческого достоинства. Автор не скрывал своего презрительного отношения к тем, кто покорился угнетателям, склонил голову перед тираном.
Образ героя-бунтаря проходит через все творчество поэта. В цикле его восточных поэм: «Гяур», «Абидосская невеста», «Корсар», «Лара», «Осада Коринфа», «Партизан» — этот герой представлен более активным и целеустремленным. Он включается в решительную борьбу с обществом, основанным на угнетении и обмане. И за смелыми поступками отдельных персонажей в этих произведениях скрывается «ярость народная» и неистребимая воля к новым подвигам. Гимн свободе и борцам за нее звучит и в лирических стихотворениях, вошедших в сборник «Еврейские мелодии», в которых автор, используя и переосмысливая библейские образы, откликается на современные ему явления.
В швейцарский период творчества Байрон создал поэму «Шильонский узник» — о народном герое, потерпевшем поражение в борьбе с угнетателями и заключенном в темницу. Однако даже в суровых тюремных условиях Бонивар не теряет присутствия духа и стремления к свободе. Несколько иным представлен герой драмы «Манфред» Он имеет много общего с Фаустом Гете, но, в отличие от последнего, не находит применения своим знаниям и способностям. Неудовлетворенный жизнью, он желает лишь забвения.
Оказавшись в Италии, поэт включился в активную борьбу на стороне итальянских революционеров, так описывая свои стремления и поступки:

Кто драться не может за волю свою,
Чужую отстаивать может.
За греков и римлян в далеком краю
Он буйную голову сложит.

В Италии же он создал немало произведений, которые стали лучшими образцами его политической лирики.
Вершиной творчества Байрона по праву считается его роман «Дон Жуан», в котором, через столкновение своего героя со множеством лиц и событий, автор подверг жесткой критике современное ему общество. Он раскрыл истинную, лицемерную и ханжескую сущность британской аристократии, вывел на свет ложь и
пороки, скрытые за внешним лоском светского мира. Кроме того, поэт резко осудил захватнические войны, так как был твердо уверен, что

Война священна только за свободу,
Когда ж она — лишь честолюбья плод,
Кто бойнею ее не назовет?

Как талантливый поэт и активный борец за свободу, Байрон, по выражению Пушкина, был «властителем дум» своего времени. Но его творчество не утратило актуальности и свежести и в дальнейшие годы. Его прогрессивные идеи обогатили мировую поэзию, а его традиции были продолжены и развиты поэтами последующих поколений. И по сей день поэзия Байрона, пронизанная духом свободы и справедливости, богатая глубокими мыслями, развивающая благородные чувства, волнует умы людей, ведет их по жизненному пути.

Источник: http://referat.np.by/

Тем временем:

... Дворец, в котором размещались Верховный суд и окружная тюрьма, представлял собой отталкивающее взгляд сооружение высотой в семь этажей, сложенное из квадратных серых камней. Посетителей, приходивших сюда, пропускали через электронную систему безопасности. Верховный суд занимал третий этаж здания. В зале заседаний номер 121, где слушались дела об убийствах, кресло судьи стояло возле дальней стены, на которой висел государственный флаг США. Слева от кресла судьи располагалась скамья присяжных, в центре зала — два разделенных проходом стола: один для представителя обвинения, другой — для представителя защиты. Зал заполнили репортеры и зеваки, которых всегда привлекали слушания дел об автокатастрофах со смертельным исходом и убийствах. Как и каждое дело об убийстве, нынешнее тоже представляло собой спектакль. Главный обвинитель Гас Венабл и сам являл собой весьма эффектное зрелище. Дородный мужчина с копной седых волос, козлиной бородкой и изысканными манерами плантатора южанина. У него был вид рассеянного и нерешительного человека, но мозги работали, как компьютер. В любое время года он носил белый костюм и старомодную рубашку с жестким воротничком, что служило его своеобразным «фирменным знаком». Противником Венабла в суде был Алан Пенн, защитник Пейдж Тэйлор, — плотный энергичный ловкач, создавший себе репутацию адвоката, всегда добивающегося оправдания своих клиентов. Оба мужчины встречались не первый раз, и их взаимоотношения основывались на невольном уважении и полном недоверии друг к другу. К удивлению Венабла, Алан Пенн явился к нему за неделю до начала судебного заседания. — Я пришел оказать тебе услугу. Гас. «Бойся защитников, дары приносят их». — Что ты задумал, Алан? — Послушай, я еще не обсуждал это с моей клиенткой, но предположим…, просто предположим, что я уговорю ее признать себя виновной, чтобы смягчить приговор и избавить штат от расходов на слушание дела. — Ты просишь меня о сделке в обмен на ее признание? — Да. Гас Венабл порылся в своем столе. — Не могу найти этот чертов календарь. Ты знаешь, какое сегодня число? — Первое июня. А что? — А я уж было подумал, что наступило Рождество, иначе ты не стал бы выпрашивать у меня такой подарок...

Шелдон Сидни (Sheldon Sidney)
«Ничто не вечно»